ПЕРНАТЫЕ ПОМЕХИ

Передвигаясь в поисках кабана поперек ключей и мысов, или срезая по прямой всевозможные изгибы становика и т. д., вы тем самым вынуждены будете преодолевать их вершины.   Подходя к ним, вполне реально уловить на слух некий шум и предположить, что под самым верхом противоположного склона находится кабан. Для уточнения  этого предположения остается, как можно бесшумней вывершить последние десятки, а то и метры подъема.
При идеальных условиях подхода на это уйдет немного времени. Но по тому же сухому чернотропу или насту на это уходят десятки минут.
И оно бы - все ничего, но как бывает досадно, когда, сумев бесшумно вывершить подъем, выглянешь на его противоположный склон и обнаружишь вместо предполагаемого кабана каких либо таежных пичуг, копающихся в его старых поройках...
Виновниками таких конфузов обычно являются поползни и синицы, и  реже сойки, кедровки и дятлы, которые в поисках кусочков желудя и кедрового ореха или насекомых, копошатся в кабаньих поройках.
Чтобы найти себе корм на земле, им обычно хватает 2 - 3 минуты, после чего они взлетают на ближнее дерево для трапезы или улетают, чтобы подальше спрятать свою находку.
И если эта птаха была одна, шуршание сразу прекратится. Найдя себе корм, они часто взлетают с кратковременным и радостным треньканьем. И даже не видя их, на слух, можно определить источник подозрительного шума. Нужно только внимательней слушать.
Они, бывает, тренькают и на земле, но реже и по-своему сердито - если не удастся перевернуть какой примерзший листок и т. д.
   Выглянешь из-за вершины и тот же поползень - вот он, в нескольких метрах, вцепится во что, подергает - бросит, заскочит с другой стороны, дергает и по-своему ругается...    Пусть и не кабан, так хоть посмотреть, да запомнить каким шумом сопровождаются его старания...
   Любой зверь чаще кормится по ходу. Так что возможные накладки его присутствия в том месте, где копошится птаха, маловероятны, да им и самим это не свойственно. После кабана остается столько пороек, что им будет, где поворошить их и подальше от  него.
   Так что, скрытно подходя к заинтересовавшему месту, будьте внимательны и не пропустите возможный взлет-посадку какой-нибудь из этих птиц. Это реальней поможет сориентироваться в ситуации еще издали.
   При посадке они пикируют молча, но если садятся вблизи друг друга, то обязательно “переговорят”, а то и поскандалят. И это тоже можно услышать при подходе и даже определить вид этих птиц - но это по ходу и не суть важно, обратите внимание на другое: если услышите кратковременное треньканье из одного места - это они ссорятся между собой. Если они начнут возбужденно тренькать на расстоянии в несколько метров друг от друга - это их стайная реакция на возможное появление вблизи того же кабана. И нужно быть вдвойне внимательным. Бывало и такое: кабан незаметно вывершит склон с противоположной стороны, остановится прослушать тайгу и с места его подхода  не видно. Постоишь, послушаешь - треньканье прекратилось, можно и расслабиться... И только сделаешь шаг-другой, кабан ка-ак “ухнет!”, только треск и услышишь... И кого винить, птахи ведь предупреждали...
   По-другому ведет себя рябчик. Он если кормится на земле, то, найдя корм, на верха не взлетает, “пасется” молча и не с кем “не ругается”. Он даже при опасности взлетает молча, и даже при изобилии подножных кормов предпочитает “пастись” не на одном месте, а по ходу. Слышно только как равномерно вышагивает или периодически семенит, чаще вдоль склонов.
   Для больших гарантий своих предположений о наличии за верхом кабана, учитесь различать возросшее треньканье птиц по интонации. Ведь это может быть не только сигнал тревоги, но и любовное щебетание нескольких птиц, усилившееся за счет каких-либо обстоятельств, или наоборот, вступивших между собой в выяснение отношений и т. д.
   Без опыта в этом трудно разобраться. Но и ссылаться на его отсутствие тоже не стоит, дело это наживное.
   А если тревожно затренькала одна птаха - если вблизи нет других, то не стоит и гадать. Сама с собой она ругаться не будет, и если уж тревожно затренькала, значит, ее однозначно что-то встревожило и при подходе нужно быть особо внимательным.
   Если по каким-либо причинам пришлось бросить подранка и идти за ним с утра, ориентируйтесь в его поиске и по птицам. И не только по их голосам, но и по их поведению, особенно тех из них, кто надеется урвать с подранка и себе. В большем, это относится к воронам и сорокам.
 Если, проявляя активность, они, тем не менее, снуют по верхам деревьев, значит, подранок живой или на нем может быть хищник - медведь или тигр. Представляете, какой случай взять его на давленине!
   По изменившемуся поведению птиц, подранок или хищник может догадаться о вашем появлении и уйти или, решив защищать “свою” добычу, успеть отойти в сторону и устроить засаду.
   Предвидя подобное, при подходе вдвоем, одному следует заранее перекрыть возможный путь его отхода. Обязательно с подветренной стороны и так, чтобы не заметили, особенно вороны.
  При пересеченной местности, в зарослях и маскхалате соответствующей расцветки, достаточно будет радиуса метров в 200, даже, если они и будут сидеть по верхам деревьев. Да пусть этот радиус будет и большим, в данном случае время терпит. Остановившийся подранок без повода с места не стронется. Тем более хищник, если он на давленине.
   Такой случай выпадает даже не каждый сезон. И грех будет не воспользоваться такой оказией. И пусть хищник даже успеет вас заметить. На свежей давленине или голодный, “свое” он так просто не уступит.
   Так что подходить к тому месту, где крутятся вороны, нужно пусть и из-под ветра, но обязательно с учетом прицельной видимости выстрела, тем более по “зеленке”.
   Не стоит опасаться, если при обходе или подходе вас заметят 1 - 2 вороны из стаи. Подшумят конечно, но если не смотреть в их сторону или зайдя за ствол ближнего дерева, переждать - быстрее успокоятся и вновь начнут уделять тому же подранку большее внимание, так как для них он будет являться видимым и активным раздражителем. Это помимо пищевого рефлекса.
   Другое дело, когда ваш подход заметит большинство из стаи, тогда у них может возобладать “цепная реакция” и соответствующим поведением они если, и не спугнут подранка, то предупредят заранее.
  Перед скрадыванием подранка, можно обойти его, по возможности, и так, чтобы в случае срыва подхода он пошел в нужном направлении. Это как в анекдоте:
- Возьми с собой на берлогу!
- Бегаешь быстро?
- Конечно!
- Это хорошо. А стреляешь?
- Метко!
- Вот это плохо, ну да ладно, пошли, может, повезет!..
“Раздраконили” медведя, тот выскочил из берлоги и за ними – они в стону дома... Пробежали один километр, второй, третий...   Тот, что напросился на охоту, не выдержал темпа и застрелил медведя. Подходит к нему тот, кто взял его с собой:
-  Ну вот, а говорил, что бегаешь быстро, сам теперь и тащи его домой...
   Это я к тому, что если не удастся добить подранка с первого подхода, пусть уходит в нужном направлении...
 В зависимости  от обстоятельств, подранку сложно определить направление подхода охотника по поведению заметивших его ворон, но, услышав их тревожный “хай”, он может заранее сорваться и ходом пойти дальше.
   Поэтому если вдвоем, скрадывать его нужно не ранее того, когда напарник по времени успеет перехватить предполагаемый ход подранка.
  Ворона не всегда реагирует на подход охотника своим криком. Это ушлая бестия и она знает, что в случае успеха достанется и ей. Но это во многом зависит от высоты того дерева, на котором она сидит, расстоянию от нее до подранка, времени суток, погоды и т. д.
   Но в любом случае не стоит смотреть в ее сторону. Сразу заметит и это может вынудить ее к перемещению и соответствующему поведению.
  И чем ворон будет меньше, тем вероятнее они спокойно будут наблюдать за подходом к подранку.
   Ворона может быть и наглой, но все равно осторожной. Под настроение она может усесться куда повыше, но вблизи охотника и своим криком рассекретить направление его подхода.
   У сороки хватает наглости подлетать еще ближе. И если ворона, пусть и через раз, но побаивается направленного в ее сторону оружия, то сорока не обращает на него никакого внимания.
   Ну и самые глупые и наглые из птиц - это сойки и кедровки, особенно последние. Они поспокойней соек, и если не пуганые, особенно в глухой тайге, то настолько не боятся человека, что могут сопровождать его и на расстоянии в несколько метров. Какой тогда скрытный подход!
   В отличие от перечисленных, более мелкие птицы, спокойней воспринимают появление вблизи себя охотника, нужно только не делать резких движений и не провоцировать их этим “на скандал”. Тогда подранку будет сложнее определить подход охотника по их треньканью.
   Но он даже если и подпустит на выстрел, нужно будет еще успеть и прицельно отстреляться. И если подранок прослушает подход, то в случае промаха у него будет минимум времени обдумать свои действия в сложившейся ситуации, и он рефлекторно сорвется в ту сторону, куда шел.
   И это еще один довод тому, чтобы перед скрадыванием обнаруженного подранка, первым делом, по возможности, перекрыть его предполагаемый отход.
   Обычно первыми подранка находят вороны и чаще с утра или под вечер, когда на высоте ближних склонов они совершают свои ежедневные, суточные миграции.
  У ворон отличное зрение и с высоты своего полета, особенно после листопада, они “влет” вычисляют подранка по нарушенной координации его движений и т. д.
  Днем ворон не видно. В это время чаще помогают обнаружить подранка поползни и синички. Они обитают по нижнему ярусу тайги. И в своей повседневности тот же кабан настолько к ним привыкает, что не обращает на них должного внимания, даже когда они начинают тревожно тренькать и крутиться в ближних ветках.
  Так они реагируют  на появление в районе их нахождения любого зверя в любое время дня и, в отличии от тех же ворон, с единственной целью - выдворения его за эти пределы.
   При отходе на дневные лежки, кабан, как и любой зверь, помимо прочих условий ее выбора, предпочитает и тишину. Поэтому чаще уступает назойливым птахам и этим провоцирует их в будущем на подобное проявление своего характера.
   Кабан для них и сам является  поводом для того, чтобы при его появлении в местах их обитания огласить всю округу своим тревожным треньканьем о возникшей опасности. Так что их нервозность он по привычке спокойно воспринимает в отношении себя, а не как сигнал тревоги по отношению к подходящему охотнику.
  По отношению к нему раздражение этих птах более выражено и обострено только в первый момент его появления. После чего они вновь предпочитают, трезвоня, даже атаковать подранка - если он стоит на месте, да еще в зарослях.
   Для них это - элементарная логика. Охотник скрытно, но, тем не менее, подходит по более открытой местности, чем та, в которой находится подранок. Значит, охотник для них менее опасен еще и потому, что не стоит на месте, как подранок, а движется. Значит, со временем, уйдет и сам - “по-хорошему”, и атаковать нужно того, кто от них прячется...
   По поведению ворон можно определить не только то, что подранок пал или задавлен хищником, но и где он точно находится.
   Одна ворона редко когда осмелится спуститься к павшему подранку, тем более в тайге, да еще в зарослях. Для подстраховки, она, созывая, будет ждать себе подобных.
  Но даже совместными усилиями им не так просто его распотрошить. И, если он свежий, вороны еще кружат в воздухе, не решаясь спуститься, или сидят только по верхам деревьев. Им некуда спешить...
   Обратите внимание: часть тех, кто уже насытился, взлетев на деревья, сидят спокойно, приводя в порядок свое оперение, чистя клюв о ветку, или изредка и спокойно переговариваются между собой.
   Другое дело, когда подранка задавил хищник.  Крупного подранка за раз не съесть даже бурому медведю. И даже пресытившись - пока не осознает это и, не желая оставлять им остатки, - он будет караулить их на виду у ворон.
  И чем наглее они себя ведут, тем вынужденнее он будет ложиться ближе к давленине. Такое тоже бывает: подходя уже точно, знаешь, что на подранке хищник, но вот где конкретно? Выискивая его, подходишь ближе, и тут, вдруг -  “ф-р-р-р” - вороны свечками вверх, да он еще им рявкнет в след...
   Такое чаще бывает, когда хищник голодный. Но если он сытый, особенно медведь, и подранок достался ему по ходу, то ведет себя спокойней. Прикопает и отойдет, чтобы охранять его издали. Но голодный первым делом наестся и ляжет поблизости.
   Другое дело тигр, - если не сильно голодный, то остатки караулить не будет. Но, насытившись, далеко не отходит и устраивает себе лежку поблизости и, как правило, выше давленины  на обзорном для него месте.
   Но в любом случае, если хищник будет вблизи давленины, определить, где точно можно по поведению ворон. Спускаться вниз к давленине они будут с противоположной от него стороны.
   Пресытившись, или когда им надоедает ждать они, как и сороки, не упустят случая “подраконить” хищника, даже если он будет и в сотне метров от давленины. Но не кружат в воздухе, а сев на ближнее дерево и прыгая с одной ветки на другую и “тараторя”, спускаются все ниже и ниже. Пока не “достанут” его своей назойливостью. Рявкнув, он разгонит их и все начинается по-новой, кто-кого... Но это под их настроение, с учетом погоды и т. д.
   Но даже сидя над давлениной они будут “одним глазом” посматривать вниз, а другим - в сторону хищника. Нужно быть только внимательнее.
   Если, наевшись, хищник ляжет рядом, то вороны и т. д., начнут атаковать его, периодически пикируя с верху, пока не вынудят его своим гвалтом отойти и поделиться с ними остатками давленины.
  Днем, в поисках пищи, вороны рассредоточиваются по всей тайге и в это время можно чаще услышать их одиночные голоса.
   Но если днем они соберутся в одном месте, что еще издали можно определить по их голосам, значит не зря, и у них наверняка для этого появилось серьезное основание типа подранка.
  Ближе к вечеру большая часть ворон, со всей округи собирается в стаю и только после этого отлетает к местам своих излюбленных ночевок.
   Летом, когда земля “парит” после осадков, собираясь в свои стаи, вороны, кружа как черный смерч, плавно поднимаются по восходящим потокам на километры. И только потом разлетаются более мелкими стаями - редкое и красивое зрелище...
   Эти сборы сопровождаются шумом-гамом и по неопытности можно ошибиться в своих предположениях относительно причин, вызвавших такое поведение ворон.
   По интонации их голосов определить для чего вороны собрались, проще в ненастье или перед темнотой. Если они собрались не на подранке, то в это время они будут более пассивны в своем поведении и в спокойной обстановке, даже в больших стаях, предпочитают молчать и лишь изредка и спокойно переговариваться друг с другом.
   Другое дело, когда их сборища проходят при нормальной погоде. В это время они всегда найдут повод повыяснять отношения на повышенных тонах, и погонять друг друга по вершинам ближних деревьев. Но при этом они не спускаются ниже этого уровня.
   Оба эти примера позволяют судить о том, что подранка под ними нет.
   Вороны могут спокойно “разговаривать” между собой и во время совместных перелетов. Но, и не видя их снизу, можно на слух определить, что они летят, и летят по прямой. Их голоса удаляются, и значит поводом их “разговора” не может быть подранок.
 Услышав, издали подозрительные крики ворон, по возможности, обратите внимание на поведение пролетающей мимо вороны. По их голосам она лучше поймет причину их возникновения. И если вороний “хай” будет поднят по причине найденного ими подранка, она обязательно свернет в их сторону.

 

Перепечатка статей без ссылки на сайт www.primlaika.ru запрещена.

 

Ваши комментарии, вопросы и дополнения:

P.S. Сообщения не содержащие ПОЗНАВАТЕЛЬНОЙ ИНФОРМАЦИИ будут удаляться.

Комментарии на форуме: